Мир Граля (68) №12, декабрь 2008

«…Я достаточно говорил и о могуществе слова, таинстве, суть которого состоит в том, что в земной сфере даже человеческое слово способно в течение некоторого времени оказывать на механизм Творения конструктивное или разрушительное влияние, так как звучание, точность и состав слова приводят в движение творческие силы в соответствии отнюдь не с тем, что хотел сказать говорящий, но со смыслом самого слова в его значении.
Значение же это предустановлено раз и навсегда в тех силах, что приводят в движение данное слово, вследствие этого они в точности соответствуют верному смыслу или наоборот, но никак не желанию говорящего. Смысл и слово возникли из определённого движения сил, а посему образуют нерасторжимое единство!
Человеческое же мышление, в свою очередь, приводит в движение иные потоки сил, соответствующие сути мышления. А посему, выражая свои мысли, человек должен как можно тщательнее подбирать слова, а тем самым и ощущать яснее и точнее.
Предположим, что кого-то спрашивают о чём-то, о чём он слышал, а быть может, и видел одним глазом. Его спрашивают, и он ответствует ничтоже сумняшеся, что он это знает!
Многие поверхностно мыслящие люди мнят, что этот ответ правилен, тогда как в действительности он ложен и порочен; ибо «знать» означает быть в состоянии дать точный отчёт обо всём, от начала до конца, о каждой детали, ничего не упустив, — и всё это, исходя из собственного опыта. Только тогда человек вправе заявить, что он это знает.
Как в самом этом выражении, так и в связанном с ним понятии «знание» кроется огромная ответственность!
Я уже обращал внимание в одном случае на громадную разницу между «знанием» и «выученным». Учё-. ность — далеко не настоящее знание, которое может быть только непосредственно-личностным, в то время как выученное всегда сводится к принятию чего-либо внеличностного.
Услышать о чём-то, а быть может, и увидеть это одним глазом — далеко ещё не само знание! Человек не имеет права утверждать: «Я это знаю», но, самое большее, может сказать: «Я слышал об этом или видел это». Если же он желает поступать правильно, то в соответствии с истинным положением дел он обязан заявить: «Я этого не знаю!»
И это правильнее во всех отношениях, чем если он берётся сообщать о чём-либо, не имеющем ничего общего с ним самим, что, стало быть, и не может являться настоящим знанием; вырванными из контекста сообщениями он лишь вызовет ложные подозрения, опорочив других или даже, быть может, причинив им лишнее горе, а действительная связь явлений так и останется ему неизвестной. А посему — взвешивайте каждое слово, которым вы желаете воспользоваться, на чувствительных весах собственных ощущений.
Тот, кто мыслит глубоко, не желая довольствоваться уже опостылевшими понятиями в оправдание своего собственного болтливого чванства и недоброжелательства, легко поймёт мои рассуждения и, тихо испытуя себя, научится глядеть вдаль во всём, что он произносит.
Бесчисленные подобные сужения понятий со всеми своими вредоносными последствиями вошли в привычку среди земных людей; их жадно подхватывают и разносят рабы рассудка, покорнейшие вассалы люциферовых влияний, несущих самый тяжкий мрак.
Учитесь внимательно наблюдать, правильно используя потоки в этом Творении, несущие в себе Волю Божью, а тем самым и Божью Справедливость в чистом виде. И тогда вы вновь обретёте истинную человечность, вырванную из ваших рук…»