Дружба

Довольно часто тот или иной человек говорит о том, что у него есть друзья. Но правильно ли мы понимаем само слово «дружба»?

Мы привыкли не придавать особого значения словам. Считаем, что разница между друзьями и приятелями невелика. «Друг — это тот, с кем мне приятно проводить время, есть о чём поговорить и с кем я охотно встречаюсь», — скажет некто. Так думают многие — и заблуждаются. Понятие дружбы совершенно особенное, и смешивать его с другими крайне нежелательно, так как последствия могут оказаться самыми непредсказуемыми.
Допустим, мы знаем человека с детства. Вместе росли, учились, вместе делали уроки и шалили, закончили один факультет и часто встречаемся семьями. Можно ли утверждать, что мы друзья? Думается, нет. Товарищи — возможно, приятели — безусловно, а вот друзья…
Дружба предполагает не только внешнюю доброжелательность, её для дружбы явно недостаточно. Она затрагивает более тонкие субстанции нашей сущности, вплоть до самой глубинной — человеческого духа. Неправильный подход при определении дружбы может нам порой весьма дорого обойтись. Допустим, мы считаем человека другом и, следовательно, доверяем ему. Оказавшись однажды в сложной жизненной ситуации, мы поделились с ним своими проблемами и попросили у него совета. Он же, не испытывая к нам глубоких дружеских чувств, воспользовался нашим доверием в корыстных целях, тем нанеся нам значительный ущерб.
И это только одна сторона медали. Другая же связана с нашими внутренними привязанностями, которые могут быть как естественными, так и искусственными. В первом случае они вызваны, как правило, сходством наших духовных качеств, близостью жизненных целей и общностью подходов к их достижению. Это объединяет нас внутренне, и мысль о возможности предательства доверившегося нам друга вряд ли посетит нашу голову (если, конечно, наши устремления не подобны друг другу «по подлости»). Во втором случае в действительности никаких привязанностей не существует, мы сами искусственно создаём их (нередко такими бывают родственные связи), и они опутывают наши души, серьёзно отягощая их. И отягощение это, скорее всего, даст о себе знать и в потустороннем мире, когда придёт наш черёд оставить землю. Одно только обращение к человеку на «ты» (ведь мы считали его другом!) может существенно осложнить наше движение вперёд. Не исключено, что «развязывать» затянутые узлы нам придётся десятилетиями, да и то, если мы сумеем-таки увидеть правильный путь, по которому нам следует идти. Вряд ли на это стоит надеяться человеку, чьи устремления направлены лишь к материальным благам.
Так нужно ли нам создавать искусственные дружеские узы? На этот вопрос каждый должен себе ответить сам.