Смерть как переход к дальнейшему бытию

Смерть как переход к дальнейшему бытиюТему смерти люди обычно обходят стороной. Она почти всегда ассоциируется с чувством потери, неприятного конца. Тем не менее увеличившееся в последнее время число феноменов показывает, что большинство людей сами воздвигли на своём пути тяжёлый камень традиционных представлений, которые не соответствуют действительности.
Удивительно, как мало может сказать христианская культура о том, что происходит после земной смерти человека. Для материалиста, не верящего в существование души, смерть близкого человека становится невозвратимой потерей. Однако не только атеисты, но и верующие люди переносят смерть тяжело и о состоянии души после расставания с земным телом имеют весьма смутные представления. Главным образом они связывают смерть с вечным покоем и сном. На кладбищах можно часто встретить надписи: «Упокой с миром», «Здесь уснул вечным сном»… Возможно, в этом нашло своё выражение подсознательное желание отдохнуть после многострадального, напряжённого земного бытия.
Большим прорывом в традиционных представлениях стала работа американского врача Раймонда Моуди. Сегодня она является уже настолько известной, что практически вошла в общественное сознание. Д-р Моуди обнаружил, что пациенты, побывавшие в состоянии клинической смерти, обрели очень яркие переживания, которые нельзя объяснить галлюцинациями или связать с процессами умирания тела. Например, многие могли точно описать происходившее в тот момент в соседней комнате. Более того, переживания совершенно разных людей совпадали. Умирающие были словно протянуты через узкий туннель в мир, заполненный светом, гармонией, звуками, любовью; они видели и слышали, что происходит рядом с их телом, находясь при этом вне тела. Перед их взором проносилась прожитая жизнь, и они понимали, что в этой жизни делали неправильно, а что правильно; услышав вопрос некоего светлого существа: «Что ты сделал в своей жизни хорошего?» — некоторые восприняли это событие как «личный суд». После выздоровления они полностью пересматривали свои взгляды не только на смерть, но и на саму жизнь, проживая её теперь согласно своим ощущениям, осознанно и без страха.
Д-р Моуди был одним из «первопроходцев» в исследовании этой области, по крайней мере из Нового времени. Он стал самым известным, однако не единственным. С тех пор на поиски в этой сфере осмелились и другие люди. Лекции и книги д-ра Моуди несколько десятилетий назад произвели сенсацию. Тогда казалось, что описанные переживания и познания будут способствовать массовому прорыву в человеческих представлениях о жизни, об устройстве мира и о самой смерти. Но этого не произошло. Одни читатели, прежде всего врачи, священники и богословы, начали активно искать контраргументы, чтобы поставить под сомнение труды д-ра Моуди; большая же часть публики по поводу собранных им свидетельств пожала плечами и отложила их в сторону. Только немногие смогли принять новые знания для обогащения своего взгляда на жизнь и мир.

Почему?
У каждого из нас своё понимание мира, являемся ли мы христианами, эзотериками или «язычниками». Нам нужно понять мир вокруг себя — это даёт нам чувство безопасности и доверие к жизни. Факты, которые несовместимы с нашими внутренними установками, мы или не признаём, поскольку испытываем к ним предубеждение, или же вскоре забываем, поскольку они не укладываются в наши привычные представления. В конце концов нам часто оказываются милее комфорт и собственные ошибки, чем знания о нашем несовершенстве. Вместо того чтобы перестроить взгляды, каждый из нас ставит перед собой сито, через которое пропускает к себе только часть реального богатства мира. Между тем лишь тогда, когда наш внутренний мир подвижен, мы открыты новым влияниям и можем не только обогатить свои взгляды, но также изменить их и изменить себя.
Когда мы любим или скорбим, при неудачах и жизненных катастрофах, когда мы вопрошаем: «За что мне это? Почему это случилось со мной и как я теперь буду жить?», или, наоборот, в минуты счастья, слияния с миром и благодарения за жизнь к нам приходит наилучший дар: мы обретаем прежде неведомое нам. Таким образом, каждый из нас является лоцманом своей жизни и только от нас самих зависит, насколько широки границы нашего познания мира, сколько возможностей в жизни мы используем и чему мы позволим пройти мимо.
Даже самое впечатляющее собрание фактов и загадок является только лежащей у ног грудой кирпичей, и пользу из этой «груды» мы сможем извлечь лишь тогда, когда выстроим из неё дом, в котором сможем жить. Или же соорудим к дому пристройку, которой нам раньше недоставало. Словом, нам необходимо, чтобы новые факты вписывались в имеющуюся у нас всеобъемлющую картину мира. Если мы хотим принять радостный, а на мой взгляд, и истинный образ смерти как продолжения жизни, мы должны уяснить следующее.
Во-первых, знание о том, что мир создан и мудро управляется Творцом. Поэтому наши проблемы не являются лишь стечением обстоятельств, с которыми нам просто не повезло. И когда та или иная болезнь, невезение, жизненная неудача выпадают именно нам, то не следует видеть в этом случайность, которая могла бы произойти с кем угодно. Нашему соседу, начальнику, супругу и нам была дана свобода воли, и мы можем сами решать, быть к себе добрыми или навредить себе. Однако последствия наших действий «контролируются» Законами, которые были заложены в Творение его Автором — Творцом. Со временем к каждому всё неизбежно возвращается по Закону Взаимодействия, согласно которому человек пожнёт то, что посеял. Насколько наше действие может навредить ближнему, в свою очередь, зависит от его характера, склонностей и защиты, которую каждый из людей создаёт своими мыслями и действиями. Бдительности, проявляемой нами в повседневности, часто вполне достаточно, чтобы предотвратить неприятность, которую мы могли бы навлечь на себя из-за небрежности или по легкомыслию.
Во-вторых, знание о том, что основа нашей личности — дух, а не тело. Дух является ядром человека — тем, что в нас переживает, радуется, плачет, обладает характером, проявляет доброе или злое, является экстравертом или интровертом, аскетом или гурманом и т.д. Дух проявляется в ощущениях, чувствах, переживаниях. Всё остальное — оболочка, инструмент, который требуется для жизни, подобно тому как нам необходимо одеваться в дождь и холод. Однако эта оболочка не является частью нашей сущности. Рассудок также только инструмент, который мы получили и без которого в нашем сложном земном мире не можем обойтись. Инструмент, принадлежащий грубой вещественности и лишённый тепла человеческого сердца. Земное тело — «костюм», получаемый нами при рождении, в котором мы странствуем в течение одной земной жизни. Со смертью мы сбрасываем эту оболочку, и дальнейшее существование продолжается уже без неё.
В-третьих, факт реинкарнации является естественной составляющей частью человеческого бытия. Если мы завершаем земную жизнь отягощённые плохими поступками и низменными склонностями, то мы не выдерживаем экзамена, необходимого для дальнейшего восхождения, и должны снова вернуться на Землю. Мы рождаемся в условиях, которые заслужили в своей прошлой жизни и которые способствуют нашему освобождению и созреванию. Мы снова встречаемся с теми людьми, с которыми нас связывают неразрешённые конфликты — как их должники или как пострадавшие, — и с теми ситуациями, которые мы прежде не смогли разрешить. Так мы получаем ещё одну возможность для искупления, освобождения, улучшения и восхождения. И тогда, конечно, земная смерть есть лишь метаморфоза при переходе в тонкий мир и завершение одной главы жизни. И ни в коем случае земная смерть не является ни исчезновением, ни впадением в длительный сон.
 
(из журнала.”Svet Gralu”, пер. с чешс.)

Окончание в следующем номере

Из Послания Граля
Смерть есть нечто такое, во что верят все люди без исключения! Всякий убеждён в том, что она наступит. Она — один из тех немногих фактов, по поводу которых нет ни спорщиков, ни несведущих.
Несмотря на то что все люди с детства считаются с тем, что рано или поздно им придётся умереть, большинство стремится отогнать мысль об этом. Многие даже раздражаются, если в их присутствии заходит разговор на эту тему. Другие, в свою очередь, тщательно избегают посещения кладбищ, не ходят на похороны и стремятся как можно быстрее избавиться от впечатлений, связанных с тем, что столкнулись на улице с похоронной процессией.
При этом их всегда гнетёт тайный страх быть застигнутыми смертью врасплох. Некий неопределённый ужас удерживает их от того, чтобы подступиться к этому непреложному факту с серьёзными размышлениями.
Вряд ли найдётся другой случай, когда от мысли о событии, столь же неизбежном, как смерть, пытались бы так упорно отрешиться. Но в земной жизни не бывает и другого столь же значительного момента, за исключением рождения. Бросается в глаза, что человек не очень-то хочет заниматься именно началом и концом своего земного бытия, стремясь в то же время придать глубокое значение всем прочим событиям, в том числе и самым несущественным мелочам.

АБД-РУ-ШИН
(т. II, гл. 30)