От редактора

Каждому человеку в жизни приходится вставать перед выбором при принятии решения, и зачастую этот выбор бывает нелёгким. Иногда человек раздваивается между вариантами выгоды, иногда — между выгодой и совестью. Сложнее всего, когда человек хочет поступить по чести и совести, но затрудняется при выборе линии поведения.
Однажды я услышал историю об одном католическом священнике, получившем во время войны от своего епископа распоряжение не вмешиваться во взаимоотношения между оккупационными властями и населением. Естественно, решение было принято «на самом верху» и в тех обстоятельствах, возможно, являлось наиболее удобным с точки зрения проводимой тогда конфессиональной политики. Священник знал своего епископа как порядочного и преданного делу церкви пастыря, всегда прислушивался к его словам, и до сих пор ни одно из указаний последнего не вызывало у него сомнений.
И вот ситуация изменилась. Священник понимал, что епископ не сам отдал приказ, а выполняет распоряжение, утверждённое главой церкви, то есть Папой Римским, который, согласно католическим канонам, считается непогрешимым. Однако ощущения священника, его внутренний голос не могли принять данного указания, всё в душе восставало против этого, и мука выбора оказалась для него чрезмерной. С одной стороны, он должен был выполнить распоряжение, с другой — его личное понимание собственного служения и долга противоречило такому указанию. Переживания довели священника до инфаркта, и врачи с трудом поставили его на ноги.
Через несколько месяцев после возвращения в приход ему пришлось самому решать, помочь ли участнику Сопротивления. Голос совести взял верх, и он ни разу в жизни потом не пожалел об этом