Воспоминания из моей жизни Анны Франк

Воспоминания из моей жизни Анны ФранкЭти страшные сны у меня были с тех пор, как я себя помню. Когда мне было два года, я сказала матери, что моё настоящее имя не Барбро, а Аня.
Барбро Карлен

АННА Франк родилась в 1929 году в  Германии,  в  еврейской  семье. Когда ей было тринадцать лет, семья бежала от нацистов в Голландию. Но преследования евреев продолжались и  там,  а  после  того  как  отец,  Отто Франк,  получил  повестку  явиться  в гестапо,  семья  решила  укрыться  на чердаке офисного здания в Амстердаме.  Незадолго  до  этого  Аня,  тонко чувствующая и явно талантливая девочка, начала писать свой известный «Дневник Анны Франк». Большая его часть посвящена жизни в укрытии. Спустя два года их убежище было раскрыто, а все его обитатели увезены в концлагерь. Обратно вернулся только отец.
* * *
Барбро Карлен родилась в 1954 году в Швеции, спустя девять лет после смерти Анны Франк. К её воспоминаниям о прошлой жизни родители сначала относились как к буйной детской фантазии. Имя Анны Франк тогда им не было известно, ведь дневник голландской школьницы в 1960-х годах ещё не был переведён на шведский язык. Для Барбро было чрезвычайно странным называть своих родителей «мама» и «папа», особенно когда она почувствовала, что это не её настоящие родители. Жить в таком раздвоенном мире ей становилось всё труднее. Никто не понимал её.
Шли годы, а Барбро по-прежнему твердила родителям о своей предыдущей жизни. Она утверждала, что её настоящий отец обязательно за ней приедет, спрашивала, когда можно будет вернуться домой. В шесть лет она вспомнила, что фамилия её была Франк. Мать девочки, обеспокоенная происходящим с дочерью, повела её к психологу. Но Барбро вовремя поняла, что психолог такой же, как и все остальные, и потому ничего о своих необычных воспоминаниях ему не рассказала. Врач нашёл ребёнка здоровым, без каких-либо отклонений. Он сказал матери, что с возрастом всё пройдёт. Однако этого не случилось.
В семь  лет  Барбро начала  ходить в школу. Умение писать принесло ей огромное облегчение: бумаге она смогла доверить всё то, чего никто бы другой не понял. Через некоторое время её комната была завалена листками, исписанными стихами, рассказами и философскими эссе. Их тематика была поразительна: природа человека, смерть, грех, прощение, высшая сила, реинкарнация, откуда мы пришли, куда идём… Однажды эти записи увидел друг семьи и попросил разрешения показать их издателям. Родители считали всё то, что пишет дочь,  эксцентричным  и  никогда  бы не подумали, что это будет достойно издания.
Так, первая книга Барбро Карлен, под названием «Человек на Земле», была опубликована, когда девочке исполнилось двенадцать лет. Книга сразу произвела сенсацию, и Барбро стала самым читаемым автором в Швеции, детским литературным чудом. Редкий день обходился без интервью с ней на телевидении или в печати. Но мало кто знал о преследующем её ночном  кошмаре:  к  ней  приближается человек в зелёной униформе и грубо тащит к бронированной машине.
В своём первом произведении Барбро Карлен не упоминала ни о какой связи своей жизни с жизнью Анны Франк. В то время в школе она узнала, что об Анне Франк известно многим. Барбро было странно, когда учительница рассказывала о голландской школьнице и её дневнике. Она чувствовала, что Анна — это она и есть.
«Как может учительница говорить о дневнике?» — не понимала девочка, считая свои переживания очень личными. Воспоминания по-прежнему жили в ней.
Поворотным событием в её жизни стало путешествие в Европу. Вместе с родителями она побывала в столицах Германии, Франции, Бельгии, Великобритании. Приехали они и в Амстердам. Здесь девочку охватило сильное ощущение хорошо знакомых мест. Они остановились в гостинице и планировали осмотреть местные достопримечательности.
— Дом Анны Франк мы посетим первым, — сказал отец. — Я вызову такси.
— Не нужно, — ответила Барбро. — Отсюда несколько минут ходьбы до дома, я проведу вас.
— Как ты можешь знать, куда идти, если мы здесь никогда не были? — удивился отец.
— Этого я не знаю, но я вас туда отведу, — ответила Барбро.
Они отправились и через десять минут подошли к перекрёстку, где Барбро указала на дом, стоящий на углу. Родители не понимали, что происходит. Приблизившись к дому, Барбро заметила, что лестница к главному входу иная, чем в её воспоминаниях. Родители промолчали. Они купили билеты и вошли в дом. В этот момент Барбро охватило самое ужасное ощущение, какое она когда-либо испытывала. Она вдруг очутилась в тех страшных снах, что преследовали её  в  детстве.  Теперь  она  убедилась, что они были не фантазиями, а воспоминаниями о её прошлой жизни, которые лежали где-то глубоко в душе. Мать, увидев испуганное лицо дочери, предложила перенести осмотр, но девочка всё-таки решила пойти дальше. Они поднялись наверх, в ту комнату, где жила Анна Франк. Атмосфера этого места очень испугала Барбро, её охватило желание тотчас бежать оттуда. Однако какая-то часть её души хотела остаться и сравнить, насколько её прежние представления совпадают с той действительностью, которую она увидела. Девочка начала рассматривать висевшие на стене вырезки из газет и журналов и с радостью обнаружила, что они были точно такими же, как в её воспоминаниях. Теперь она чувствовала себя так, словно вернулась домой после долгого отсутствия.
— Эти картинки по-прежнему висят на том же месте! — обратилась Барбро к матери.
— Какие картинки?
Мать внимательнее вгляделась в стену, но так ничего и не увидела.
— Они, наверно, были повешены на стену перед нашим приходом, — продолжила Барбро.
Мать спросила экскурсовода, висели ли здесь на стене какие-нибудь картинки.
— Да, их повесила туда Анна Франк, но две недели назад мы их сняли, поскольку посетители, прикасаясь, портили их. Впрочем, скоро они вернутся на своё место, только уже в рамках и под стеклом.
В эту минуту мать Барбро наконец поняла: всё, что рассказывала ей дочь, не плод буйной фантазии ребёнка. Это был переломный момент. Со слезами на глазах мать обняла Барбро, и с этого дня отношения между ними стали лучше, а их совместная жизнь — более счастливой.
Барбро захотела выйти наружу: от нахлынувших чувств она едва сдерживала слёзы. Отец пожелал осмотреть всё, что возможно, и Барбро, пообещав подождать их у входа, с плачем спустилась по лестнице. Страх, который она испытывала, буквально гнал её из этого дома. Уже почти у двери она внезапно увидела мужчину в зелёной униформе, направлявшегося прямо к ней. Он был настоящим! Она хотела убежать, защищаясь, подняла руку, но споткнулась и упала. Когда она пришла в себя, то увидела только безучастные лица окружающих туристов. Через несколько минут появились родители, и они покинули это место.
С этого дня мать наконец примирилась с тем, что Барбро была в прошлой жизни Анной Франк. Но отец был консервативен. Конечно, его беспокоили столь явные доказательства и он чувствовал их бесспорность, однако принять их не мог. У него был свой христианский мир, где всё было понятно и, по его словам, правильно. Представление о реинкарнации дочери, в предыдущей жизни еврейки, было для него неприемлемым. Вместе с тем следовало найти объяснение тому, как могла Барбро показать дорогу  к  дому  Анны  Франк  и  узнать о том, что лестница перестроена, увидеть вырезки из журналов на стене. Он предположил, что его дочь каким- то образом всё-таки побывала здесь раньше, и больше не хотел говорить об этом.
Барбро приняла позицию своих родителей. Она ожидала, что прошлое теперь оставит её, и продолжила писать книгу. Издавать её она не собиралась, так как к славе и признанию была равнодушна. Однако через несколько лет взгляды её изменились.
Швейцарский издатель Барбро Карлен,  узнав,  кем  она  якобы  была в прошлой жизни, решил познакомить её с директором Фонда Анны Франк. Он попросил у неё разрешения на встречу с известным актёром, прочитавшим её книгу, но не сказал о том, что этот актёр является последним живым родственником Анны, двоюродным  братом  Бернхардом  Элиасом, о котором сама Анна упоминает в своём дневнике. Актёр согласился на встречу «только из любопытства»: он не верил в реинкарнацию.
Личная встреча резко изменила его мнение. Они обнялись как очень близкие люди после долгой разлуки, растроганно плакали и без конца говорили. С этого момента они стали близкими друзьями. Бернхарда Элиаса после встречи окружили журналисты. На их вопросы он ответил, что если кто-то и мог бы в прошлой жизни быть Анной Франк, то это, безусловно, Барбро Карлен. Такое заявление вызвало большой отклик в прессе. Вышли статьи с резкой критикой Бернхарда, где правота его слов ставилась под сомнение. В них писалось, что директор такой престижной организации, как Фонд Анны Франк, не может позволить себе столь нестандартный взгляд и тем более не должен говорить об этом публично.
Между тем Барбро написала книгу «И волки выли. Фрагменты двух жизней» („And the Wolves Howled: Frag- ments of Two Lifetimes“), и перед тем, как принять решение об её издании, она сообщила Бернхарду, что книга увидит свет только в том случае, если он её одобрит. Бернхард, прочитав рукопись,  сказал,  что  её  необходимо напечатать. Когда в 2000 году книга вышла из типографии, директор фонда публично выразил ей свою поддержку, за что журналисты беспощадно его осудили. Давление СМИ было настолько сильным, что здоровье Бернхарда не выдержало: он перенёс инфаркт. После этого Барбро попросила его не делать больше никаких заявлений и не ставить под удар своё доброе имя.
В заключении книги Барбро говорит, что ей было бы легче писать свои воспоминания, если бы она не была в прошлой жизни так известна. Кроме того, она понимает, сколько проблем в её жизни вызвало то обстоятельство, что она так много помнит из предыдущего своего пребывания на земле. Это говорит о той огромной помощи людям, которая милосердно позволяет «забыть» о предыдущих земных воплощениях. «Меня не волнует, верят ли люди тому, что я жила как Анна Франк, или нет. Я знаю, что это было, и мне этого достаточно. Я считаю важным, чтобы люди поняли глубокий смысл земной жизни. Это даст им силу и надежду. Тогда они смогут справиться с теми ударами судьбы, которые их могут настигнуть».