Красота, рождество

Красота, рождествоДорогие читатели, снова приближается Рождество, а это особое время. Как каждую неделю наступает воскресенье, так каждый год мы встречаем Рождество. Можно сказать, что Рождество — это воскресенье года. Только слово Рождество мы пишем с большой буквы, а название последнего дня недели нет. Возможно, потому, что воскресений в году пятьдесят два, а Рождество только одно. К тому же большинство неверующего народа проводит воскресенья на базах отдыха, в лыжных походах или, в худшем случае, в торговых центрах. Проведённый подобным образом день не стоит писать с большой буквы.
Рождество — это совсем другое. На Рождество в церквях слышна необычная музыка, звучит Божественная литургия, а лыжные подъёмники в сочельник пустеют. Значит, молоточек совести стучит и у неверующих, а кое у кого возникает даже нечто похожее на чувство вины. Поэтому Рождество заслуживает признания. По крайней мере, написания с большой буквы.
Праздник этот очень тёплый, особенно когда за окном мороз, а гостиную согревает огонь камина. Именно во время зимнего солнцестояния тает ледяная корка вокруг души нынешнего суетливого человека — и он понимает, что всё ещё жив, что в его душе не умерли идеалы, которые давно Кто-то в неё вложил. И хотя ему ещё нужно вызвать мастера для ремонта холодильника, отвести дочь к зубному врачу и подыскать лучше оплачиваемую работу, не говоря уже о подарках под ёлку, он вдруг ощущает необходимость остановиться, посидеть или как минимум посмотреть в окно.
И нам тоже хотелось бы, дорогие читатели, вместе с вами остановиться на какое-то время и поговорить о том, что очень тесно связано с Рождеством, очень близко ему, — о красоте. Ведь это понятие лишь на первый взгляд кажется простым, как и всё, что нельзя подсчитать или купить. Красота, как и музыка, воспринимается каждым по-своему. Однако мы можем при этом понять друг друга, и понять главное, что красота — это наш компас в запутанном мире, данная нам, каждому своя, «нить Ариадны».
Красота — это не привлекательность. Привлекательны товары, которыми торгуют те, кто заказывает рекламу на обложках глянцевых журналов. Так же как женские лица и фигуры: являясь частью естественной красоты, они выделяют журнал среди прочей печатной продукции и легко притягивают к нему внимание прохожих. Мужчины, например, могут задуматься о том, как хороша запечатлённая на снимке женщина, как она им нравится.
Женщины же, в деталях оценив предложенный образ, точно определят, чего им самим не хватает до идеала на обложке. Если женщина доброжелательна, то она подумает, что хорошо бы сбросить килограммов пять и избавиться от морщин на шее. А недоброжелательная, набрав побольше воздуха в лёгкие, разразится тирадой о лентяйках, которые не стирают и не ходят по магазинам с сумками, а лишь позируют перед камерами, тогда как ей не хватает времени даже на то, чтобы после работы, забрав детей из садика, забежать в химчистку за одеждой. «Таким и злиться нет причин, — выдохнет она напоследок. — И дома их не ждёт генеральная уборка перед праздником».
Но мы немного отвлеклись.
Недавно с группой туристов я побывал в одном замке. Он был полон прекрасных, сделанных с безупречным вкусомКрасота, рождество гобеленов, картин, мебели, сервизов и других приятных безделушек. Я смотрел на всё это, слушая гида и дисциплинированно перемещаясь со всеми из зала в зал, иногда что-то бормотал себе под нос, оценивая увиденное, а в голове у меня всё время вертелся вопрос: как чувствовал себя аристократ, что родился здесь и с детства привык к этой обстановке, парчовым одеждам и изысканным манерам, что привили ему учителя? Это и есть красота? Чем вообще может заниматься целыми днями человек, которому не нужно работать в учреждении, в компании, на заводе? Он ездит по миру, общается с себе подобными и поднимает бокал на романтических ужинах?
Один такой господин получил по реституции свой замок, и вскоре ему предложили место в дипломатической службе Чешской Республики. Эта отличная и полезная служба давала ему возможность оценить свой неофициальный титул графа и собственные манеры. Но он не смог выдержать шум и суету сотрудников в местной столовой, совершенно плебейские интриги, зависть и невоспитанность министерских коллег и вскоре ушёл оттуда. «В этом окружении я жить не буду», — заявил он.
Я надеюсь, что он основал благотворительный фонд для поддержки студентов или сделал что-то другое, столь же полезное.
Нет, подумал я, красоты в истинном смысле в замке совсем немного, всё остальное отражает гурманство и сознание собственной исключительности его бывших владельцев. И с этой мыслью я отправился догонять гида с остальной группой.
И всё же я видел красоту. Она была связана с любовью, напоминая этим устойчивую систему из двух звёзд. Если любовь уходит, то и красота исчезает. Так дом погружается во мрак и холод, если огонь, наполнявший его, погас.
…Мы встретились на улице, на ней было пальто с капюшоном и джинсы. Темнело, но от неё шёл свет. Мы давно не виделись.
— Как ваши дела? — спросил я.
Она застенчиво улыбнулась и ответила:
— Мы развелись. Было очень больно, но вместе жить было уже нельзя. У меня не хватало смелости сделать это раньше, но любовь мне её дала.
Только теперь я понял, что всё время светило в нашем разговоре. Счастьем светились её глаза, счастье было в её улыбке.
— Мы снимаем с другом жильё... — снова этот робкий, извиняющийся взгляд.
Знаю, что подумают люди: «нашла другого». Но я смотрел ей в глаза и видел совсем иное — что есть в этом любовь и красота. Красота явилась сразу и в лице, и в движениях, и в словах, словно эту женщину окропили святой водой: всё в ней преобразилось.
Я сидел на скамейке в парке, наблюдая за людьми, спешившими по каким-то важным делам. Они были целиком сосредоточены на чём-то значимом внутри себя и не замечали ничего вокруг. «Люди, будьте красивы! — призвал я их в душе. — Красоты вокруг мало, и мир от этого стонет». Но они не реагировали.
Люди, будьте красивы. Красоты вокруг мало, и мир от этого стонет. Неужели вы этого не слышите?..

(из журнала “Svet Gralu”,
пер. с чешс.)